Последние сообщения11
Генеалогия / Рыхловы в Котове с 18 века часть 1
« Последний ответ от Nataliya R 27 Декабря 2025, 15:51:39 »Рыхловы с 18 века до наших дней
Крестьянские роды князей Юсуповых, проживающие в Котове: Рыхловы, Кузнецовы, Тюренковы, Казарины, Харитоновы, Кузлаковы – из них первые три – коренные жители Котово, а остальные – пришлые, выходцы из других мест со времен Отечественной войны 1812 года.
Род Рыхловых – середняки.
Со слов Марии Матвевны Рыхловой, родившейся в 1843 году в семье Матвея Семенова и Прасковье Федоровны. Матвей племянник Тимофея Ивановича Рыхлова (моего пра пра прадеда).
«Рыхловых иначе звали «Кулёба».
1-й вариант: «Их бабушка пекла хлебы, и они были сырыми. Вот и стали про нее говорить: «Ты настоящая кулёба».
2-й вариант: дедушка Александра Макаровича Семен Иванович (это брат Тимофея Ивановича) был хромой, и его прозвали «Кулёба» за то, что он очень чудно ковылял.»
Рыхловым одно время было также прозвище Баскаковы (в честь какого-то богача). Они были бедными, но где-то нашли клад и, разбогатев, основали в Котово миткальную фабрику.
Один из Рыхловых был умная башка, он первый основал миткальную фабрику в Котово. Фабрика была по левую сторону села. Здесь стояли хранилища и склады. Но это богатство было случайное, временное, благодаря находке клада, и после этого они остались середка наполовину и вверх не поднимались, и вниз не опускались. Они себе на уме. Хозяйство обыкновенное. С голоду не умрут, а век проживут. Они имеют скрытую хитрость: то в старосты пролезут, а потом опять за плуг.
На все село было только три самовара. Один самовар у Рыхловых, другой самовар у Кузнецовых и третий у Кузнецовых. Бабаньки, собирайтесь чай пить, - ну и соберутся со всего села пить чай, а его пили только по праздникам.
Мария Матвевна Рыхлова - тип древней старухи: высохшая, маленького роста с выцветшими серыми глазами. Ее грязное тело, растрепанные волосы гармонировали с обстановкой каменной барской избы. Мрачные стены, два стула, высокая кровать, да небольшой черный стеклянный шкаф — вот вся обстановка столетней избы. Мария Матвевна помнила крепостное право. Ей было пятнадцать лет, когда дали свободу крестьянам. Воспоминание о прошлом в ее памяти было свежо, и она бойко говорила о старом житье. Это яркий, последний тип многолетней старухи. Она уже тридцать лет не выходит из избы и не знает, что делается за рекой. Она все время нежится, как кошка, на печке:
Её отец Матвей - староста при князе, брат осип - староста общества. Осип Матвеевич - рыжий, коренастый мужичок среднего роста, с большой окладистой бородой. Он занимается местным извозом, подвозит седоков со станции по окрестности. Он молочник, и сельское хозяйство его основано на покосах. Трава - самое главное, а остальное прикладывается к ней для домашнего обихода. Он за водку любил разрешать земельные дела. Без него село осиротело, осиротел пожарный сарай, где собирались сходки под звон монотонного колокола или под удар, клепала из вагонного буфера. Рыжий Осип врос в землю со своим родом, врос в родословную села своей коренастой осанкой.»
Мой отец Рыхлов Александр Федорович родился в 22 апреля 1914г. в селе Котово. Крещен в церкви Спа́са Нерукотворного образа. В записи из метрической книги:
Отец Федор Борисович Рыхлов, его жена Евдокия Ивановна оба православного вероисповедания.
Восприемники: крестьянин Иван Александрович Рыхлов и девица Дарья Михайловна Харитонова.
Кроме отца в семье росло пятеро детей: Елена, Анастасия, Клавдия, Николай и младшая Мария.
Из воспоминаний Кузнецова:
«Федор был рыжим. Был почти неразлучен с братом Илларионом по спиртному, а об этом они не задумывались. Приветствовать хлебом-солью приезжающих на летний отдых - это их любимое дело. Поразмерить покос на общественных лугах по едокам и запродать за водку кому-нибудь общественный покос - тоже дело веселое. Как приятно на заливном барском лугу отдохнуть после косьбы и пропустить стаканчик-другой на медовой траве, когда солнце вобьет горячие лучи в зеленые душистые волны.»
Хозяйство Федора идет своим чередом и не страдает от попоек. Его путь ежедневный - молоко и Москва. Коровка травку жует, молоко нагуливает, а его дело - в Москву отправить. Федор Борисович работал конюхом, теперь приемщик молока, семья на производстве.»
Из рассказа тёти Марии, сестры отца – «Отец Федор Борисович потерял два пальца на правой руке в момент аварии на фабрике где работал по молодости, поэтому на Первую Мировую войну его не взяли.»
Вблизи Котова были 2 фабрики. Возможно, это случилось на шерстопрядильной и красильной фабрике И.И. Баскакова в селе Осташково Троицкой волости, что в 21 верстах от Москвы и в 7 верстах от станции Хлебниково, или фабрике Мюлле.
«После революции семья выращивала клубнику. Отец будил сыновей еще затемно, и пока запрягал лошадь, мальчики грузили короба с клубникой, собранной сестрами с вечера. Дорога до Бутырского рынка была долгой, но уже к восьми часам они раскладывали товар на прилавок. Фунт клубники стоил полкопейки, но это были живые деньги, на которые можно было купить одежду, обувь, инструмент и домашнюю утварь.»
Федор Борисович Рыхлов, Евдокия Ивановна, и дочь Елена Федоровна имеют дом по Школьной улице, двух коров, дачу и землю.
Федор умер в 1947, ночью встал, подошел к умывальнику закашлялся и у него началось горловое кровотечение, которое остановить не смогли. Кладбище у церкви было переполнено и покойников стали хоронить в поле за деревней. Там похоронили и моего деда. В конце 1940-х через кладбище провели узкоколейку, идущую на Камнеобрабатывающий комбинат. Перед началом строительства многие перенесли захоронения родных на кладбище в Виноградово или в Лихачево, а Наташкин дед так и остался лежать под шпалами.
Могилу бабушки тоже постигло забвение. Ее похоронили на кладбище рядом с церковью в Виноградове, и забыли на долгие годы. В середине 1970-х стало модно ходить на кладбище, и отец с тетками попытались найти захоронение. За 25 лет не осталось даже креста, поэтому подобрали подходящий бугорок, поставили крест и стали считать этот бугорок могилой матери.
О родителях Александра из метрических книг:
Федор Борисович Рыхлов (1882–1947), мать Евдокия Ивановна (1886–1952), в девичестве Камаева.
Обвенчались 16.08 1904
Жених - Крестьянин села Котова Федор Борисович Рыхлов Православного вероисповедования первым браком. - 22 года.
Невеста – Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Доброй Слободки крестьянская девица Евдокия Ивановна Камаева Православного вероисповедования, первым браком. -18 лет.
Свидетели по жениху: Крестьянин села Котова Илларион Борисович Рыхлов (брат жениха) и Черкизовской волости сельца Ивакина крестьянин Илья Сергеев
По невесте: Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Мишукиной крестьянин Иван Гаврилович Лабудинь, и Тульской губернии Каширского уезда, Липецкой волости, деревни Зайцевой крестьянин Трофим Тимофеевич Волков.
Предки Евдокии Камаевой из метрических книг.
__________________Камаевы________________________
Евдокия Камаева, родилась 13 февраля 1886 года. Крещена в церкви Спа́са Нерукотворного образа в селе Котово.
Отец Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости деревни Доброй- слободки, временно отпускной канонир Иван Алексеев Камаев и законная жена его Прасковья Андреева; оба православного вероисповедования.
Восприемники: Зарайский мещанин Василий Трофимов Трофимов и Иваново - Вознесенская мещанка Марья Аполлоновна Дружинина.
В 1882 году в семье Камаевых родилась дочь Ольга
Крещена в Воскресенской Сергиево посадской, церкви,
Отец - Уволенный в запас армии канонир Кронштадтской крепостной артиллерии Иван Алексеевич Камаев и его жена Параскева Андреевна оба православного вероисповедания.
Восприемники: Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Доброй-Слободки крестьянские дети: Николай Андреев Шкворев и Параскева Андреевна Шкварева.
Видимо, в поисках лучшей жизни Камаевы из Константиновской волости переехали в Сергиев Посад, а потом перебрались в село Котово, где и остались. Первое упоминание о Камаевых в метрических книгах церкви Спаса Нерукотворного образа я нашла за апрель 1884 года, когда у них родился сын Георгий.
В Котове у них родилось несколько детей умерших в младенчестве.
Здесь они породнились с Рыхловыми, выдав за Федора дочь Елизавету и с Кузнецовыми – выдав младшую дочь Олимпиаду за Василия Кузнецова.
17 августа 1907
Жених - Крестьянин Московской губернии Московского уезда Троицкой волости села Котова. Василия Матвеевича Кузнецова Православного вероисповедования первым браком -25 лет.
Невеста - Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Доброй Слободки крестьянская девица Анисья Ивановна Камаева - 19 лет.
Свидетели по жениху: Крестьянин села Котова Петр Матвеевич Кузнецов (брат жениха) и того же села крестьянин Александр Борисович Рыхлов.
По невесте: села Котова крестьянин Федор Борисович Рыхлов и крестьянин Московской губернии Московского уезда Троицкой волости села Грибки Григорий Фёдоров.
___________________________________________________
см. Продолженип
Крестьянские роды князей Юсуповых, проживающие в Котове: Рыхловы, Кузнецовы, Тюренковы, Казарины, Харитоновы, Кузлаковы – из них первые три – коренные жители Котово, а остальные – пришлые, выходцы из других мест со времен Отечественной войны 1812 года.
Род Рыхловых – середняки.
Со слов Марии Матвевны Рыхловой, родившейся в 1843 году в семье Матвея Семенова и Прасковье Федоровны. Матвей племянник Тимофея Ивановича Рыхлова (моего пра пра прадеда).
«Рыхловых иначе звали «Кулёба».
1-й вариант: «Их бабушка пекла хлебы, и они были сырыми. Вот и стали про нее говорить: «Ты настоящая кулёба».
2-й вариант: дедушка Александра Макаровича Семен Иванович (это брат Тимофея Ивановича) был хромой, и его прозвали «Кулёба» за то, что он очень чудно ковылял.»
Рыхловым одно время было также прозвище Баскаковы (в честь какого-то богача). Они были бедными, но где-то нашли клад и, разбогатев, основали в Котово миткальную фабрику.
Один из Рыхловых был умная башка, он первый основал миткальную фабрику в Котово. Фабрика была по левую сторону села. Здесь стояли хранилища и склады. Но это богатство было случайное, временное, благодаря находке клада, и после этого они остались середка наполовину и вверх не поднимались, и вниз не опускались. Они себе на уме. Хозяйство обыкновенное. С голоду не умрут, а век проживут. Они имеют скрытую хитрость: то в старосты пролезут, а потом опять за плуг.
На все село было только три самовара. Один самовар у Рыхловых, другой самовар у Кузнецовых и третий у Кузнецовых. Бабаньки, собирайтесь чай пить, - ну и соберутся со всего села пить чай, а его пили только по праздникам.
Мария Матвевна Рыхлова - тип древней старухи: высохшая, маленького роста с выцветшими серыми глазами. Ее грязное тело, растрепанные волосы гармонировали с обстановкой каменной барской избы. Мрачные стены, два стула, высокая кровать, да небольшой черный стеклянный шкаф — вот вся обстановка столетней избы. Мария Матвевна помнила крепостное право. Ей было пятнадцать лет, когда дали свободу крестьянам. Воспоминание о прошлом в ее памяти было свежо, и она бойко говорила о старом житье. Это яркий, последний тип многолетней старухи. Она уже тридцать лет не выходит из избы и не знает, что делается за рекой. Она все время нежится, как кошка, на печке:
Её отец Матвей - староста при князе, брат осип - староста общества. Осип Матвеевич - рыжий, коренастый мужичок среднего роста, с большой окладистой бородой. Он занимается местным извозом, подвозит седоков со станции по окрестности. Он молочник, и сельское хозяйство его основано на покосах. Трава - самое главное, а остальное прикладывается к ней для домашнего обихода. Он за водку любил разрешать земельные дела. Без него село осиротело, осиротел пожарный сарай, где собирались сходки под звон монотонного колокола или под удар, клепала из вагонного буфера. Рыжий Осип врос в землю со своим родом, врос в родословную села своей коренастой осанкой.»
Мой отец Рыхлов Александр Федорович родился в 22 апреля 1914г. в селе Котово. Крещен в церкви Спа́са Нерукотворного образа. В записи из метрической книги:
Отец Федор Борисович Рыхлов, его жена Евдокия Ивановна оба православного вероисповедания.
Восприемники: крестьянин Иван Александрович Рыхлов и девица Дарья Михайловна Харитонова.
Кроме отца в семье росло пятеро детей: Елена, Анастасия, Клавдия, Николай и младшая Мария.
Из воспоминаний Кузнецова:
«Федор был рыжим. Был почти неразлучен с братом Илларионом по спиртному, а об этом они не задумывались. Приветствовать хлебом-солью приезжающих на летний отдых - это их любимое дело. Поразмерить покос на общественных лугах по едокам и запродать за водку кому-нибудь общественный покос - тоже дело веселое. Как приятно на заливном барском лугу отдохнуть после косьбы и пропустить стаканчик-другой на медовой траве, когда солнце вобьет горячие лучи в зеленые душистые волны.»
Хозяйство Федора идет своим чередом и не страдает от попоек. Его путь ежедневный - молоко и Москва. Коровка травку жует, молоко нагуливает, а его дело - в Москву отправить. Федор Борисович работал конюхом, теперь приемщик молока, семья на производстве.»
Из рассказа тёти Марии, сестры отца – «Отец Федор Борисович потерял два пальца на правой руке в момент аварии на фабрике где работал по молодости, поэтому на Первую Мировую войну его не взяли.»
Вблизи Котова были 2 фабрики. Возможно, это случилось на шерстопрядильной и красильной фабрике И.И. Баскакова в селе Осташково Троицкой волости, что в 21 верстах от Москвы и в 7 верстах от станции Хлебниково, или фабрике Мюлле.
«После революции семья выращивала клубнику. Отец будил сыновей еще затемно, и пока запрягал лошадь, мальчики грузили короба с клубникой, собранной сестрами с вечера. Дорога до Бутырского рынка была долгой, но уже к восьми часам они раскладывали товар на прилавок. Фунт клубники стоил полкопейки, но это были живые деньги, на которые можно было купить одежду, обувь, инструмент и домашнюю утварь.»
Федор Борисович Рыхлов, Евдокия Ивановна, и дочь Елена Федоровна имеют дом по Школьной улице, двух коров, дачу и землю.
Федор умер в 1947, ночью встал, подошел к умывальнику закашлялся и у него началось горловое кровотечение, которое остановить не смогли. Кладбище у церкви было переполнено и покойников стали хоронить в поле за деревней. Там похоронили и моего деда. В конце 1940-х через кладбище провели узкоколейку, идущую на Камнеобрабатывающий комбинат. Перед началом строительства многие перенесли захоронения родных на кладбище в Виноградово или в Лихачево, а Наташкин дед так и остался лежать под шпалами.
Могилу бабушки тоже постигло забвение. Ее похоронили на кладбище рядом с церковью в Виноградове, и забыли на долгие годы. В середине 1970-х стало модно ходить на кладбище, и отец с тетками попытались найти захоронение. За 25 лет не осталось даже креста, поэтому подобрали подходящий бугорок, поставили крест и стали считать этот бугорок могилой матери.
О родителях Александра из метрических книг:
Федор Борисович Рыхлов (1882–1947), мать Евдокия Ивановна (1886–1952), в девичестве Камаева.
Обвенчались 16.08 1904
Жених - Крестьянин села Котова Федор Борисович Рыхлов Православного вероисповедования первым браком. - 22 года.
Невеста – Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Доброй Слободки крестьянская девица Евдокия Ивановна Камаева Православного вероисповедования, первым браком. -18 лет.
Свидетели по жениху: Крестьянин села Котова Илларион Борисович Рыхлов (брат жениха) и Черкизовской волости сельца Ивакина крестьянин Илья Сергеев
По невесте: Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Мишукиной крестьянин Иван Гаврилович Лабудинь, и Тульской губернии Каширского уезда, Липецкой волости, деревни Зайцевой крестьянин Трофим Тимофеевич Волков.
Предки Евдокии Камаевой из метрических книг.
__________________Камаевы________________________
Евдокия Камаева, родилась 13 февраля 1886 года. Крещена в церкви Спа́са Нерукотворного образа в селе Котово.
Отец Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости деревни Доброй- слободки, временно отпускной канонир Иван Алексеев Камаев и законная жена его Прасковья Андреева; оба православного вероисповедования.
Восприемники: Зарайский мещанин Василий Трофимов Трофимов и Иваново - Вознесенская мещанка Марья Аполлоновна Дружинина.
В 1882 году в семье Камаевых родилась дочь Ольга
Крещена в Воскресенской Сергиево посадской, церкви,
Отец - Уволенный в запас армии канонир Кронштадтской крепостной артиллерии Иван Алексеевич Камаев и его жена Параскева Андреевна оба православного вероисповедания.
Восприемники: Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Доброй-Слободки крестьянские дети: Николай Андреев Шкворев и Параскева Андреевна Шкварева.
Видимо, в поисках лучшей жизни Камаевы из Константиновской волости переехали в Сергиев Посад, а потом перебрались в село Котово, где и остались. Первое упоминание о Камаевых в метрических книгах церкви Спаса Нерукотворного образа я нашла за апрель 1884 года, когда у них родился сын Георгий.
В Котове у них родилось несколько детей умерших в младенчестве.
Здесь они породнились с Рыхловыми, выдав за Федора дочь Елизавету и с Кузнецовыми – выдав младшую дочь Олимпиаду за Василия Кузнецова.
17 августа 1907
Жених - Крестьянин Московской губернии Московского уезда Троицкой волости села Котова. Василия Матвеевича Кузнецова Православного вероисповедования первым браком -25 лет.
Невеста - Владимирской губернии, Александровского уезда, Константиновской волости, деревни Доброй Слободки крестьянская девица Анисья Ивановна Камаева - 19 лет.
Свидетели по жениху: Крестьянин села Котова Петр Матвеевич Кузнецов (брат жениха) и того же села крестьянин Александр Борисович Рыхлов.
По невесте: села Котова крестьянин Федор Борисович Рыхлов и крестьянин Московской губернии Московского уезда Троицкой волости села Грибки Григорий Фёдоров.
___________________________________________________
см. Продолженип